легче, у нее есть мышцы, но любой разрыв или трещина, или не отделение детского места, могли поставить точку в жизни любой женщины. Как связанной с физическим трудом, так и нет. И ни одного доктора и даже медсестры на территории размером в треть Европы, или 4 с лишним миллиона квадратных километров, просто нет. Университет через три-четыре года мы запустим, но он еще долго будет один в этой стране. А я – не фармаколог, от слова совсем. Это направление прогресса я направить в нужную сторону не могу. Самого выручает прививка от оспы, сделанная в СССР, и жесткие гигиенические правила, введенные мной в семье и в дружине. Но вот места, которые нам «подарили», известны тем, что тут чума как насморк гуляет. Где-то есть природный очаг, примерно знаю где, через который прошло несколько пандемий. Одну удалось остановить, направив печенегов обратно в степь. До следующей еще два века, так что может быть успеем что-либо предпринять.
Глава 19. «Раненых за спиной не оставлять!»
Выйдя из Днепровского лимана, продолжили плавание не вдоль Таврического полуострова, а пошли в Константинополь, пока нас там окончательно не забыли. Ситуация там, по-прежнему, весьма напряженная. Излечение Михаила от алкоголизма проходило с переменным успехом. Полтора года он не пил, но сорвался из-за беременности супруги, посчитав, что выполнил свое предназначение. Пришлось послу Рознегу нажимать на «кнопку» и напомнить императору, что он обещал смотреть в бездну, как только захочется выпить. Ребенок родился и, официально, умер. Фактически было несколько по-другому, но это особого значения не имеет. Наследника пока так и нет, но появился повод сменить супругу Евдокию. Неофициально два сына у Михаила есть, но родились они от наложницы, тоже Евдокии, только Ингерины, да вот беда! Она числилась женой Василия, и, в момент подавления армянского переворота, их оскопили и отправили в монахи. О времена! О нравы! Их мать сослали на остров Лесбос, в женский монастырь. Разбирался с этим вопросом Вселенский митрополит Фотий, глава Византийской церкви, который, кстати, был «отлучен» от церкви папой Николаем I. В отместку Фотий предал анафеме и «отлучил» папу. Целью моей поездки в Царьград была встреча с Фотием, ибо «враг моего врага – мой друг!» Мне совершенно не хотелось разбираться с Михаилом и Евдокией, тем более, что с момента появления детей у императора прошло немало времени: первый ребенок был им зачат в 15 лет, второй через три года, а потом Михаил ударился в пьянство. Вывести из организма выпитый свинец практически невозможно. Пусть Феодора с этим разбирается.
Мы прибыли и встали вновь на «свой причал», больше для того, чтобы напомнить Михаилу, события трехлетней давности. Правда, палехской коробочки мы с собой не захватили, обойдемся без нее. Детей мы им не показали, кроме Александра. Сразу объявили, что визит рабочий, а не государственный, зашли по дороге просто навестить и показать остальным, что отношения поддерживаются на самом высоком уровне. В тронный зал, где еще, наверное, по углам остались значительные следы крови, мы не входили, расположились на лоне природы. Там нас и познакомили с Фотием, которому я сказал, что приглашаю его для беседы к себе. Евдокии среди сидевших за столами не оказалось, и ни сам Михаил, ни Феодора разговора о ней не начинали. Видимо все уже решено. Бог с ней, она не могла оказать влияния на мужа, и, видимо, лишилась поддержки его матери. Честно отсидев обед, мы распрощались и удалились к себе. Все внимание Феодоры было приковано к Александру. По всему видно, что к этому вопросу мы еще вернемся.
Патриарх прибыл буквально через час после нашего прибытия, отказался от продолжения банкета, что-то молол про верховенство бога и тому подобную ерунду. Он – богослов, и ожидать от него большего не приходилось, поэтому я прервал его и перешел к делу.
– У нас произошла битва на Псково-Чудском озере с датчанами, норвегами и свеями. Четверо моих братьев по матери были наняты папой Римским для того, чтобы убить меня. Вот их вызов на поединок, где я должен был последовательно с ними сразиться. Обращаю внимание, что меня именуют просто вождем и не упоминают род моей матери. То есть, наносят оскорбление.
– С чем это связано? Причем здесь род матери?
– Она из рода Меровингов, и по статусу я считаюсь выше их, так как их отец начинал как пират, и взял в жены младшую сестру моей матери, которая, к тому времени уже была княгиней Муромской.
– Ах, вот оно что! Но это же им ничего не давало? Зачем?
– Они привели огромное войско, пять тысяч только конных, и заставили взять в руки оружие наших людей из племени Чудь. В настоящее время, как вы наверняка знаете, я – последний из оставшихся в живых князей Славянского Союза. Есть двое сыновей, но старшему из них десятый год. Единого войска в моем княжестве нет. Города пока не в состоянии держать значительное число воинов в дружинах. Мой основной город – самый восточный в княжестве. Расчет строился на то, что я приму вызов и погибну, а без меня войска разбегутся. Бери княжество голыми руками. И все это придумал папа. Кстати, кто сейчас сидит в Риме?
– Адриан Второй, который продолжает упорствовать и называет меня еретиком.
– За что?
– Я предал анафеме предыдущего папу Николая, так как тот поддержал моего предшественника на посту Вселенского патриарха. Тот отказался выполнить приказ императора, поставив себя выше Святейшего. Николай тоже хотел быть выше императора. Назначать их. Это грех папоцесаризма, осужденный многими Соборами, в том числе Вселенскими. Я не отрицаю, что приказ императора был преступным по своей сути, но требовалось обезопасить императрицу-мать, а затем я уговорил императора отменить ее постриг. Феодора меня поняла и простила. Как вы помните, она написала и послала ваших людей именно ко мне, когда «македонцы» решили захватить власть и свергнуть императора.
– А что нам мешает разобраться с этим папой?
– Верховенство Римского престола.
– Насколько я помню, Константин сделал христианство главенствующей религией в Римской империи?
– Это так.
– А город, в котором мы находимся, называется Константинополь.
– Что вы этим хотите сказать?
– Из-за постоянных нападений варваров, Константин перенес столицу из Рима в Византион. Так?
– Несомненно.
– Куда должен был переехать понтифик?
– Сюда, конечно.
– А он остался там и основал новое государство: Папскую область, поправ Указ Константина Великого, человека, который и сделал обычного попа понтификом.
– Папа – не обычный поп, его избирает собор епископов.
– Вдали от императора никто не сможет подсчитать доходов
